Для физического лица. Представительство на встрече в школе с департаментом образования, досудебное урегулирование споров. Мою дочь обвинили в буллинге, администрация школы сразу заняла обвинительную позицию, не разбираясь, по факту, буллинг в сторону моей дочери, а также “сталкинг“ со стороны отца девочки, которая буллит мою дочь. ОКОНЧАТЕЛЬНАЯ ВЕРСИЯ ЖАЛОБЫ В Управление образования администрации г.о. Красногорск 143404, Московская область, г. Красногорск, ул. Дачная, д. 5 (По вопросу, касающемуся МБОУ «Образовательный центр «Полет» по адресу: г. Красногорск, Красногорский бульвар, д. 12а) От Климановой Татьяны Алексеевны, законного представителя Курак Софии, ученицы 8 «ГУМ» класса Контактный телефон:[Телефон скрыт] Адрес электронной почты:[укажите ваш e-mail] Адрес проживания:143404, Московская обл., г. Красногорск, Павшинский бульвар, д. 6, кв. 252 --- Заявление (о нарушении порядка расследования случая буллинга, профессиональной этики, процессуальных прав, фактах психологического насилия и неисполнении решения школы) 25.12.2024 меня, как законного представителя моей дочери, Курак Софии, ученицы 8 «ГУМ» класса, вызвали на беседу по поводу заявления от Фомина Дениса Юрьевича, отца одноклассницы Фоминой Мелиссы. На встрече присутствовали: директор Северилова И.В., классный руководитель Кучерова Светлана Федоровна, секретарь (ведущий протокол) и сам заявитель Фомин Д.Ю. При этом сама Фомина Мелисса приглашена не была (со ссылкой на «бережение от стресса»). Я пришла вместе с дочерью и моим гражданским мужем, Гутовским Владиславом Олеговичем, который проживает с нами почти 4 года, принимая непосредственное участие в воспитании Софии и являясь для нее важным взрослым. Однако ему было жестко отказано в присутствии на встрече под надуманным предлогом, что это «нарушает права Мелиссы» (которая, напомню, отсутствовала). Таким образом, со стороны «обвинения» в разбирательстве участвовал родитель, а со стороны моей дочери – искусственно создано неравенство, и ее второй значимый взрослый был отстранен, что является грубым нарушением принципа равноправия и законных интересов ребенка. В ходе данной встречи были допущены следующие нарушения: 1. Нарушение принципов объективности, презумпции невиновности и равенства сторон. Северилова И.В. с самого начала заняла обвинительную позицию. Создание неравных условий (присутствие отца одной стороны и недопуск близкого взрослого другой) предопределило результат. 2. Прямые угрозы в адрес несовершеннолетней со стороны одного из родителей и бездействие администрации. В ходе встречи Фомин Денис Юрьевич неоднократно обращался непосредственно к моей несовершеннолетней дочери, Софии. После вопроса о ее возрасте, он начал цитировать номера статей Уголовного кодекса РФ, прямым образом угрожая ей уголовным преследованием. Данные действия являются недопустимыми, создают атмосферу давления и страха для ребенка и должны рассматриваться как психологическое насилие. Директор Северилова И.В., будучи ответственным организатором встречи, не пресекла эти действия и допустила продолжение запугивания несовершеннолетней, что свидетельствует о полном попустительстве и нарушении ее обязанности по обеспечению безопасности учащихся. 3. Непрофессиональное поведение и психологическое давление со стороны классного руководителя. Кучерова С.Ф. не только поддержала обвинительную линию директора, но и позволила себе высказывания, далекие от педагогической этики. Вместо анализа ситуации, она начала приводить аргументы, не относящиеся к делу: упрекнула мою дочь в пропусках занятий и низких оценках, а в завершение заявила, что София «не уважает людей», и поэтому не сможет стать хирургом, как планирует. Подобные личностные выпады и обесценивание жизненных целей ребенка неприемлемы и создали атмосферу психологического давления. 4. Игнорирование представленных доказательств и подмена понятий. Мной были предоставлены комментарии, факты и распечатанная переписка между девочками, которая наглядно демонстрировала, что моя дочь София не являлась инициатором конфликта, а отвечала на систематические провокации и оскорбления со стороны Фоминой Мелиссы. В частности, в предоставленных мной скриншотах содержатся прямые оскорбления и провокации в адрес моей дочери от Фоминой Мелиссы. При этом единственным «доказательством» вины моей дочери со стороны Фомина Д.Ю. было предъявлено голосовое сообщение из группового чата, который моя дочь создала для общих объяснений с подругами, спрашивавшими её о причинах прекращения общения с Мелиссой. В данном сообщении, адресованном третьим лицам, София объясняет свою позицию, используя ненормативную лексику лишь в качестве вводных слов и эмоциональной оценки ситуации, но не как прямые оскорбления в адрес Фоминой М. При этом в ходе встречи директор Северилова И.В. в качестве «обоснования» обвинения зачитывала предоставленные Фоминым Д.Ю. распечатки переписки. В данных распечатках, как я могла убедиться, отсутствовали какие-либо факты, подтверждающие «нападки» или буллинг в адрес его дочери. Таким образом, администрация школы основала обвинение на документах, не содержащих состава нарушения, в то время как предоставленные мной доказательства с прямыми оскорблениями в адрес моей дочери были проигнорированы. Администрация школы, игнорируя явные и грубые провокации в адрес моей дочери, возвела в ранг обвинения ответную реакцию ребенка, что является ярким примером подмены понятий «буллинг» и «ответ на агрессию». Мои возражения на этот счет, изложенные в письменном комментарии, который не был приобщен к протоколу, были проигнорированы. 5. Нарушение процедуры фиксации, фальсификация процессуального документа и физическое препятствование внесению правок. Во время встречи велся протокол. Когда мне был предоставлен его черновик для ознакомления, я, не соглашаясь с обвинением в буллинге и его формулировкой, начала вносить в первый пункт свои правки и возражения. В этот момент директор Северилова И.В. физически забрала у меня лист с протоколом, заявив, что «не нужно в её документ ничего вписывать», и предложила изложить несогласия на отдельном листе. Сотруднику канцелярии (секретарю) она тут же дала указание зачеркнуть те правки, которые я уже успела внести. Я составила отдельный лист с комментариями, однако он не был приобщен к материалам служебной проверки в качестве неотъемлемой части протокола, а был просто изъят; копия данного документа у меня не осталась. Таким образом, в протокол намеренно фиксировались только обвинения в адрес моей дочери, в то время как все мои объяснения, предоставленные доказательства и распечатанная переписка были проигнорированы и не приобщены к материалам. Моя попытка напрямую откорректировать документ была пресечена, а альтернативный способ фиксации позиции — сведен на нет. Данные действия делают протокол заведомо сфальсифицированным и односторонним, а всю процедуру — неправомерной и имитационной. 6. Создание враждебной обстановки и прямое препятствование выражению позиции законного представителя. В ходе всей встречи мне,как законному представителю, было систематически отказано в возможности полноценно высказаться и защитить позицию моей дочери. Мои попытки что-либо сказать для её защиты постоянно прерывались. Директор Северилова И.В. открыто заявляла, что встреча проходит в её кабинете и поэтому ведётся по её правилам, используя это как инструмент давления и подавления моего голоса. Кульминацией этого поведения стал вопрос классного руководителя Кучеровой С.Ф., которая перед своей речью обратилась ко мне с фразой: «Вы закончили орать?». Данное высказывание было сделано в тот момент, когда я лишь повысила голос, пытаясь добиться, чтобы мои слова, вносимые в протокол, были корректно услышаны и зафиксированы секретарём. Подобные действия создали обстановку, в которой мои права как родителя были грубо проигнорированы, а сама процедура «разбирательства» превратилась в односторонний монолог обвинения. 7. Формализм в разрешении конфликта, отказ от диалога и неисполнение решения школой. Итоговое решение, зафиксированное в протоколе («девочкам держаться на расстоянии»), является формальным и не разрешает суть конфликта, оставляя мою дочь в ситуации незаслуженного обвинения. Моя подпись под протоколом была поставлена исключительно в знак согласия с данным техническим решением, но никоим образом не может трактоваться как согласие с односторонней трактовкой событий, изложенной в протоколе, или с предъявленными обвинениями. При этом Фомин Денис Юрьевич, чьи угрозы в адрес моей дочери описаны выше, в ответ на мою прямую просьбу остановить конфликт заявил, что «со мной он ни о чём договариваться не будет». Более того, данное решение школы не исполняется. Имеются свидетельства того, что Фомина Мелисса продолжает выходить на связь с окружением моей дочери. От её лица или в её интересах третьим лицам направляются требования о предоставлении личной информации о моей дочери (например, «выдержек из канала»), а в случае отказа следуют прямые угрозы в адрес этих лиц. Это свидетельствует о том, что конфликт не прекращен, а перешел в скрытую форму давления и слежки, а администрация школы не предприняла действенных мер для его реального урегулирования и обеспечения выполнения собственного решения. Особую озабоченность вызывает тот факт, что я являюсь бывшим сотрудником данной школы. Год назад Северилова И.В. инициировала мое увольнение по статье с грубыми нарушениями норм Трудового кодекса, лишив меня законных выплат. Данный конфликт и предвзятое отношение ко мне, как к родителю, дают основания полагать, что ее действия в отношении моей дочери являются продолжением личной неприязни и носят заведомо необъективный характер, что недопустимо для руководителя образовательного учреждения. Таким образом, действия директора Севериловой И.В. и классного руководителя Кучеровой С.Ф.: · Нарушают п. 2 ст. 34 ФЗ «Об образовании в РФ» (охрана здоровья и защита от всех форм насилия, в том числе психологического). · Противоречат Приказу Минпросвещения России от 27.06.2022 N 632, регламентирующему порядок расследования случаев буллинга. · Демонстрируют непрофессионализм, предвзятость и создают атмосферу беззакония и несправедливости в школе. На основании изложенного, ПРОШУ: 1. Провести служебную проверку в отношении действий директора МБОУ «Образовательный центр «Полет» Севериловой И.В. и классного руководителя Кучеровой С.Ф. в описанной ситуации, учитывая возможную личную заинтересованность директора и предвзятость, связанную с нашим предыдущим трудовым конфликтом. 2. Истребовать и ознакомиться с протоколом встречи от 25.12.2024 и проверить его на предмет полноты и объективности, а также истребовать мое отдельное письменное пояснение, которое не было приобщено к делу. 3. Дать правовую оценку действиям Фомина Д.Ю., выразившимся в угрозах несовершеннолетней, а также бездействию директора Севериловой И.В., не пресекшей данные угрозы. 4. Принять меры дисциплинарного воздействия к Севериловой И.В. и Кучеровой С.Ф. 5. Организовать объективное и беспристрастное рассмотрение конфликта между ученицами с привлечением школьного психолога/социального педагога (не из числа задействованных ранее сотрудников) и учетом всех предоставленных доказательств с обеих сторон, обеспечив равное участие всех сторон конфликта. 6. Обеспечить безопасность образовательной среды для моей дочери, Софии Курак, включая защиту от любых форм давления и угроз, а также действенно пресечь любые контакты и попытки давления между ученицами, включая общение через третьих лиц. 7. Дать оценку факту неисполнения решения школы от 25.12.2025 и новым попыткам давления на мою дочь (требования информации через друзей, угрозы), а также бездействию администрации в этой ситуации. 8. Направить мне письменный ответ о результатах проверки и принятых мерах в установленный законом срок. Приложения: 1. Копии распечаток переписки между ученицами (с выделением провокационных сообщений Фоминой М. в адрес Курак С.). 2. Копии скриншотов переписок, демонстрирующих продолжающееся давление и требования информации от лица Фоминой М. через третьих лиц. 3. Копия моего письменного обращения.